Собака

Виктория Николаевна Ветрова

маски

Я обрастаю собачьей шерстью. Как и полагается настоящей собаке я покрываюсь сначала робким, несмелым темным пухом, а потом уже всей своей пока еще человеческой кожей ощущаю как мои поры порождают нечто жесткое и колкое. Собачья шерсть. Как долго я думала, что это всего лишь просто неказистое словосочетание, которое ничего не значит, но стоило мне только сделать свое крутое пике по спирали жизни, как я в полной мере ощутила всю “прелесть” и весь ужас этих слов.

Что делать если твоя жизнь становится невыносимой даже когда ты просто пытаешься дышать? Как смириться с тем фактом, что ничего не получается и вряд ли когда-нибудь уже сложится так как надо, только потому что кто-то наверху решил, что именно ты должен стать тем самым человеком, кто понесет на своей груди гордую табличку с надписью “неудачник”? Кого винить в своих бедах и горестях, если твоя вера в Бога слишком сильна и велика для ропота? С кем спорить, когда твоя квартира пуста, как утренний желудок кашалота и никто не хочет говорить с тобой о твоей жизни потому что ему слишком хватает своей? У меня нет ответов на эти вопросы. Я слепа и нема в своем одиночестве. Я обрастаю собачьей шерстью.
Мне нечего больше терять. Моя прошлая жизнь покрыта толстым слоем плесени, как протухший хлеб. Мое будущее непонятно ни мне, ни моим близким, которые скорее устали от моего вечного нытья, чем действительно мне сочувствуют. Я хочу стать свободной и полностью лишенной чего бы то ни было человеческого раз уж Богу угодно, чтобы мое одиночество поглотило меня целиком. Я стану никем.

Несколько дней назад я потеряла работу. Не то чтобы это была очень хорошая работенка, но мне все же не очень хотелось терять свое место эксперта международного отдела даже элементарно потому что мне всегда нужны деньги на пропитание и колготки, чтобы не умереть с голоду и выглядеть достаточно привлекательно, чтобы не потерять последнее уважение к себе.

Мой начальник сказал, что он мной недоволен, потому что я совершенно не соответствую образу настоящего хорошего работника иностранной фирмы, а поэтому он с радостью меня увольняет.
Я ответила, что он старая скотина, у которой вместо мозга арифмометр.
Он побагровел и выкрикнул, чтобы я катилась к черту и никогда больше не смела приближаться к его фирме ближе чем на сто пятьдесят метров.
Я улыбнулась и бросила ему, что мне плевать и на его фирму, и на него самого, и на международные отношения, и что я давно мечтаю только об одном, чтобы вся эта проклятая контора поскорее рухнула от удара молнии или взорвалась от какого-нибудь “бытового газа”, но только чтобы при этом его обязательно накрыло с головой навсегда и желательно как можно глубже и добротнее вогнало в приветливый глинозем.
Он заорал, что я сука, драная сука, достойная только того, чтобы меня били палкой и кормили помоями и плюнул в мою сторону.

А я в свою очередь расхохоталась как молодая ведьма и швырнула ему в голову пресс-папье.
И попала.
Аллилуйя!
Итак, работы у меня не стало. И что с того? Еще одна капля в ведро моего бесконечного несчастья. Я не люблю никого и меня никто не любит. У меня холодные ноги и ледяной нос, потому что у меня больше не осталось сил сопротивляться неизбежным процессам происходящим в моем организме. Я обрастаю собачьей шерстью. У меня прорезаются клыки и отрастают длинные черные когти. Я уже умею слышать шорохи ветра и обонять следы соседских кошек за сотню метров. Я уже почти собака, та самая драная сука, о которой говорил мой гадкий начальник прежде чем ему в лоб врезалось пресс-папье. Скоро, совсем скоро я научусь выть на луну, любить дворовых или наоборот весьма породистых псов и вылизывать своих слепых щенков. Мне страшно, но обратного пути нет.

Я никогда не думала, что все сложится именно так. Я и предположить не могла еще день тому назад, что в моей судьбе произойдут такие кардинальные перемены. Но именно в то самое злополучное утро, когда я решилась работы закончилась моя прежняя жизнь и началась совершенно новая полная ожиданий, тревог, волнений и восторга. Должно быть именно всех этих эмоций не хватало в моей прежней пресной и скучной бытности, и именно этого я ждала с самого своего рождения, надеясь на лучшее каждую секунду своего существования. Так или иначе, моя звезда взошла только тогда, когда я злая, разбитая и униженная шла по улицам города, держа в руках картонную коробку со своим рабочим скарбом.

О чем я думала в тот момент, сказать сложно. Я помню только, что мне было невыносимо больно от этой обжигающей и раздирающей душу пустоты, от нехватки любви и человеческой близости в простой и душевной ясности этого слова, я скучала по добрым теплым словам, что как стакан горячего молока в детстве способны излечить любой недуг, мне было грустно без участия, без друзей, без мужчин и без радости ежедневного бытия, я тосковала о той жизни, которой у меня никогда не было. О яркой, насыщенной, вкусной, как пряник и ароматной, как жареная курица. О бесконечных ночах стремительных полетов в вышину и о бесстрашных падениях в омут презрительно свежих утр. О волшебстве дружбы и преданности, о неисчерпаемой бесконечности любви, и о чувстве сопричастности со всем миром звуков, красок, и запахов.

Мне было грустно и пусто. Так пусто, что даже, когда я проходила по мосту мне захотелось спрыгнуть вниз вместе с моим барахлом. Так, чтобы удариться о воду всем телом и разбиться на мелкие брызги. Так, чтобы взорвались легкие и оторвалась печенка. Так, чтобы больше никто обо мне не вспоминал, а те кто бы все-таки помнил, осознавали, что это падение стало достойным завершением моей никчемной жизни. И в этом поистине ночном мраке и тоске я, сама того не ведая, забрела в какой-то старый и заброшенный район, где гнездились наркоманы, проститутки и бомжи и там, возле загаженной стены, остановившись на мгновение, чтобы углубиться в еще более тяжкую депрессию, я услышала голос, зовущий меня откуда-то справа и обратившийся ко мне с таким уважением и добротой, что я на мгновение подумала, что сплю.

— Извините, Вы не видели мою собаку?
Вздрогнув, я обернулась и всмотрелась в полумрак переулка, где на фоне серой стены вырисовалась фигура человека в длинном черном пальто.
— Что, простите? — переспросила я, нахмурившись, и человек сделал шаг по направлению ко мне.
— Вы не видели мою собаку? — повторил он. — Дело в том, что у меня пропала собака и я ее ищу.
Я всмотрелась в лицо этого странного мужчины, но не смогла найти в его чертах чего-либо знакомого. Это был немолодой, но достаточно привлекательный человек, хорошо одетый, опрятный и совершенно загадочный, каким может быть только спустившийся с небес постаревший архангел. Он смотрел на меня просто и прямо и от этого взгляда мне отчего-то стало спокойно и тепло.
— Она пропала здесь? — задала я вполне логичный вопрос, но ответ оказался весьма неожиданным:
— Нет, она пропала в другом конце города еще полгода назад, но мне отчего-то показалось, что я смогу найти ее именно здесь и именно сегодня.
— В таком случае, почему Вы обратились именно ко мне? — моему удивлению не было конца.
— Вы знаете, она очень хорошая. — ответил мужчина невпопад. — Все твердят мне, что она попала под машину, но я в это не верю... Ее зовут Джильда. Немецкая овчарка. Хорошая такая собачка... Настоящий преданный друг... — с этими словами мужчина вдруг начал плакать. — Ну, посудите сами, разве моя Джильда могла погибнуть под колесами машины? Разве могла она покинуть своего хозяина? Я ведь так любил ее... Я всегда покупал ей куриные грудки и свиные хрящики... Варил ей овсяную кашу и суп... А она знала все команды и даже умела считать... Плавала в пруду, как утка и приносила палку как бы далеко я ее не закинул... Хорошая моя собачка... Вы не видели ее?

Он снова заглянул мне в глаза и мне стало настолько жаль беднягу, что я и сама чуть не расплакалась.

Конечно, он был простым несчастным, который помешался от своего маленького горя, но разве не в этом заключался тот самый подлинный смысл жизни, о котором мечтает каждый? Сойти с ума, потеряв любимое существо? Искать повсюду погибшую собаку, свято веря в ее вечную и нетленную жизнь? В какой-то момент я позавидовала бедной Джильде и сравнила ее жизнь со своей. Эта собака, даже мертвая была кому-то нужна, о ней вспоминала, плакали и скорбели, ее искали по всем закоулкам города, без нее сходили с ума и заговаривали с незнакомками, а я? Меня бы никто не хватился даже, если бы я пропала на год без веских на то причин или даже если бы у всех на глазах меня распилил бы бензопилой какой-нибудь заблудший на наше барбекью маньяк.

Даже в этом случае все бы сделали вид, что ничего не произошло и продолжили бы потягивать свои коктейли.

— Джильда смышленая и очень послушная... У нее немножко порвано правое ухо и есть шрамик на задней ноге... Это ее доберман покусал... Еще у нее очень выразительные черные бровки, знаете, такие два пятнышка над глазами? — продолжил тем временем мужчина. — Она смешно двигает ими, когда внимательно слушает и еще склоняет голову влево, вот так... — он показал, как собака склоняла голову и я кивнула в ответ.

— Странно... проговорила я задумчиво. — Я все же не понимаю, почему Вы говорите об этом со мной? Если Ваша собака пропала не здесь и даже не сейчас... Вы пришли в это место... Я ведь никогда раньше не бывала в этом месте...
— Я не знаю, отчего у меня такая уверенность, но мне кажется, что именно Вы можете мне помочь. — мужчина вытер слезы и печально улыбнулся. — Поймите меня, за эти полгода у меня все сердце изболелось... Вся душа истлела от этой нестерпимой тоски... Я ведь одинокий человек, у меня никого нет и моя Джильда была моим единственным другом, который понимал и любил меня... Вы же наверняка не знаете, как это тяжело, когда у тебя нет близких людей, когда ты никому не нужен...

Я просто остолбенела. Этот странный человек говорил моими словами, он думал точно так же как и я, он испытывал такие же душевные терзания, что и я в ту минуту, правда по другому поводу, но я очень хорошо чувствовала ту боль, которая его глодала, потому что она оказалась очень сходной с моей.
— О, нет... — возразила я. — К сожалению, я очень хорошо понимаю, что значит быть никому не нужным... Я знаю, как это трудно осознавать, что никто не будет сожалеть, если с тобой что-то случится или даже если в один момент ты исчезнешь навсегда...
— А может быть это было бы и лучше исчезнуть навсегда? — мужчина вышел из темноты и я увидела его огромные грустные полные света голубые глаза. — Может быть было бы лучше плюнуть на них всех и начать жить заново, с чистого листа? Уйти навстречу новой жизни, новым свершениям, новым друзьям? Вы никогда не думали об этом?

Он задал простой вопрос, но ответить на него так просто я не сумела, а поэтому только промолчала в ответ. Думала ли я об этом? Конечно, думала много раз. Но разве это так легко все бросить и начать жить заново, когда будущее настолько неизведанно и туманно, что ни за что не узнаешь, что ждет тебя впереди? Там, где может таиться безработица, голод, нищая старость? Разве это так просто все бросить? Хотя... Что мне нужно было бросать? У меня не стало работы, у меня не было мужа и детей, которые бы дорожили мной, у меня не имелось в запасе даже тройки хороших друзей, с кем бы можно было бы просто поговорить по душам, мои родные всегда были слишком заняты своими личными делами, чтобы заботиться о моем душевном состоянии.

И в этот момент я поняла, что и вправду хочу все бросить. Я поняла, что у меня в прошлом не осталось ровным счетом ничего о чем нужно было сожалеть. Эта мысль отчего-то вызвала внутри меня огромную волну смятения и даже почти что страх и в этом странном порыве я оглянулась на мужчину, надеясь найти в нем поддержку.
— Пожалуйста... — взмолилась я. — Скажите мне, что все не так плохо... Скажите мне, что-нибудь такое, что бы заставило меня жить по-прежнему! Что-нибудь такое, чтобы остановило мое движение прочь из этой жизни! Что-нибудь, что смогло бы заставить меня полюбить свою судьбу такой какая она есть!
— Любить свою судьбу? А зачем ее любить такой какая она есть? Ее нужно менять. Решительно. Кардинально. Раз и навсегда. — мужчина снова ушел в тень.

— Вы хотите услышать от меня слова утешения. О, поверьте мне, я хотел бы Вам помочь, очень хотел бы... И возможно я смог бы помочь Вам, но как? Я сам несчастен и разбит... Я потерял своего единственного друга... Я потерян в бесконечности этих улиц, в темном чреве этого города, в пустоте чужих озлобленных сердец... Но я помогу Вам. Помогу, если Вы поможете мне.
— Помочь Вам? О, если бы это было в моих силах... — я тяжело вздохнула. — Я бы с радостью помогла Вам, даже только от того, что мне было бы приятно ощущать себя нужной кому-то... — я встретилась с глазами утонувшими во мраке и светящимися добротой и теплом, и мужчина сказал:
— Если увидите мою собаку, мою Джильду, передайте ей, пожалуйста, что я буду ждать ее через три дня на Северной площади. Вечером. В девять часов. Я буду стоять прямо перед витриной кондитерского магазина и буду сжимать в руках ее любимый голубой ошейник... Пожалуйста, передайте ей это, если увидите...

К моему величайшему сожалению, бедняга оказался обыкновенным безумцем.

Мне стало невыносимо печально осознавать это. Человек, с которым мне посчастливилось хотя бы о чем-то поговорить, был обычным городским сумасшедшим. Наверное, я заслуживала только этого. Чтобы со мной общались только безумцы и призраки их мертвых собак. От тоски я опустила глаза и снова наткнулась взглядом на картонную коробку со своим рабочим скарбом. Как-то сами собой в эту секунду мои руки разжались и я с каким-то неимоверным облегчением выпустила коробку с этим канцелярским безумием и та с грохотом рухнула на грязный асфальт переулка.

— О, Господи!!! — воскликнула я в сердцах. — Как же мне все это надоело!!! Как же мне опостылела вся эта безумная возня!!!
Я снова обернулась в сторону, где еще недавно стоял мой безумный собеседник и не без удивления увидела, что переулок пуст. Пока я разбиралась со своими переживаниями, человек без собаки исчез даже не произнеся ни слова и не издав ни звука. А может быть он испарился? Просто пропал, как пропадают мятежные духи? А может он и был духом? Или даже самым настоящим пожилым архангелом, как мне подумалось в первую секунду нашего общения? Я не знала, что и думать, но факт оставался фактом: я снова оказалась наедине со своим горем.

Оставив свою коробку валяться в том самом загаженном переулку, я, будто бы пребывая в каком-то сомнамбулическом состоянии, добрела до своего дома и, внедрившись в свою квартиру опустилась на пол возле двери и так и осталась лежать там, свернувшись калачиком, до самого утра. Нежданно и негаданно на меня опустился тяжелый и мрачный сон, полный слез и безысходности, но когда я проснулась на следующий день я поняла, что на этом старая жизнь закончилась и первое, что я сделала в тот момент — сорвала с себя всю одежду и осталась совершенно голой, чтобы суметь всей кожей ощутить воздух вокруг себя.
Потому на меня вдруг напал какой-то совершенно звериный голод и, ринувшись к холодильнику, я принялась с жадностью поглощать все что было в нем, отдавая предпочтение мясным продуктам: сосискам, котлетам, бекону, колбасе... Когда же все человеческое съестное закончилось, я принялась рвать зубами сырое мясо и торжествовала, и ликовала, ощущая привкус крови у себя во рту. Наевшись вдоволь и насытившись, я снова свернулась калачиком на этот раз возле холодильника и опять погрузилась в глубокий и тягучий сон, подобно тому, как засыпает гусеница, закутанная в плотный кокон.

Так я провела оставшиеся дни вплоть до сегодняшнего, просыпаясь, заказывая по телефону еду, потом со звериным остервенением пожирая принесенные мне посыльным сырые мясные стейки, а затем, снова засыпая но полу с ощущением каких-то глобальных происходящих во мне изменений. Но подлинные трансформации стали происходить со мной только сегодня утром, когда в очередной раз проснувшись, я поняла, что начала обрастать собачьей шерсть. Я постепенно стала превращаться в собаку.

Все происходило, как в бреду... У меня поднялась температура и начался безумный жар, в котором я металась, скребя по паркету в миг отросшими черными когтями... Мое дыхание стало тяжелым и сквозь свист и сип моих видоизменяющихся легких все яснее стало проступать звучное утробное рычание... Сначала меня знобило и по телу пробегали целые полчища мурашек, а потом мне вдруг стало безумно жарко, потому что кожа начала покрываться густым и плотным ворсом, так похожим на ворс одежной щетки... А потом я ощутила дикую боль во всех костях, мой скелет постепенно деформировался, руки и ноги становились короче, приобретая вид настоящих лап, позвоночник извивался, как змея, череп раскалывался, а уши стали отползать к макушке... Я радовалась только одному факту — тому что в этот момент передо мной не находилось зеркало и я не могла видеть, как постепенно теряю остатки прежней женской красоты и привлекательности...

Спустя всего пару часов я закончила внедренную в меня программу преображения и все еще ослабленная и вялая, я поднялась на полноценные четыре лапы и оглядела себя. Что можно было сказать? Да, ничего. Говорить я окончательно разучилась. Но все же у меня осталось мое поистине человеческое мышление, хотя уже несколько искаженное, которым я и поняла, что процесс завершен. Я — собака.

И вдруг какая-то невообразимая радость захлестнула меня всю, начиная со всей моей волосатой морды, заканчивая образовавшимся в процессе моей деградации хвостом. Я родилась заново! Передо мной распахнул двери такой красивый и будоражащий черно-белый мир неизведанных ощущений и запахов, вкусной тушенки из консервных банок, деревяшек и палок, которые просто жизненно необходимо грызть, летающих по воздуху пластмассовых тарелочек, за которыми так здорово прыгать, отрываясь от земли всеми четырьмя лапами и паря в воздухе даже всего несколько мгновений, сладких мозговых костей из супа и резиновых пищащих игрушек! А еще кошек! Не-на-ви-жу кошек!!! Я хочу носиться по темным кварталам города, запугивая и гоняя по заборам соседских Пушков и Мурзиков! Я хочу, драть зубами их толстые задницы и отгрызать им хвосты! Я хочу выть! Я хочу петь! Петь на луну, когда она покажет миру свое полное, круглое, печальное лицо! Я!!! Хочу!!! Жить!!!
Подпрыгнув в воздух от радости, я весело взвизгнула и посмотрела на часы. Половина девятого. Успеваю. С моей новой скоростью за полчаса я запросто успею добраться до Северной площади. Вперед к свободе и вольным ветрам сладкой новой жизни! Вперед к мокрым ночным улицам и влажным кошачьим носам! Вперед к сосисочным и пельменным, где мне никто никогда не откажет! К помойкам, свалкам и детским площадкам!!! К голубиным сплетням и вороньим базарным выходкам!!! К шерстяным половикам и холодным осенним прудам с очумевшими утками!!! К веселым и резвым мопсам и вальяжным бобтейлам!!! Вперед!!! Дверь на лестничную клетку оказалась открытой, я вихрем пронеслась вниз по лестнице и выбежала прочь из подъезда, по крики консьержа, проскользнув мимо выходящих из дверей соседей.

Да здравствует благоуханный вечер, наполненный запахами свежих ветров и булочных!!! Да здравствуют звезды на темно-синем небе светящие, как межгалактические электрические лампочки!!! Да здравствуют бесконечные ночи мечтаний и беспечные дни служения и праздности!!!

Я — собака. Я — немецкая овчарка. Я обожаю куриные грудки и голубой ошейник.

Уже без пятнадцати девять. Я бегу навстречу своему хозяину.

--------------------------------------------------------------------------

© Copyright: Виктория Николаевна Ветрова, 2011

Свидетельство о публикации №211042300629

Источник:

Проза.ру

© content.foto.google.com

*****************************

Виктория Николаевна Ветрова

vikvetrova

В январе 2014 года – номинация на премию «Народный писатель»

Поэт, писатель, режиссер. Родилась в Москве 7 июля 1978 года. Автор 10 стихотворных сборников: «Ты найди меня в доброте своей», «Пора ромашкового цвета», «Держащая небо», «Про любовь», «Время доверия», «Часть меня», «Апокрифы», «Стихия», «Разное», «Иллюзии» и 5 пяти романов: «Обнимая смерть», «Сестричка», «Пикассо», «Пересмешники», «Кукла Джошуа».

Худрук независимой киностудии «Handmadefilms».

В качестве режиссера сняла фильмы: «Синкопа одиночества», «Сумерки», «Нюансы».

Произведения

* Голубоглазая смерть — рассказы, 01.12.2011 08:01
* Созерцание — рассказы, 20.05.2011 11:16
* Ангел на снег — рассказы, 04.05.2011 23:10
* Магдалена — миниатюры, 29.04.2011 14:02
* Собака — рассказы, 23.04.2011 11:35
* Дружочек — рассказы, 22.04.2011 10:21
* Крибле-крабле — рассказы, 19.04.2011 10:56
* Уснувшее сердце — рассказы, 17.04.2011 20:56
* Сволочь! — рассказы, 16.04.2011 12:55


Бесплатный анализ сайта Рейтинг@Mail.ru
^ Вверх