Размышления полковника милиции...

МВД

Калачёв Борис Федорович

Тем, кто, подобно ломовой лошади тащит воз реформы, не до пропаганды достигнутых успехов и объяснения допущенных просчётов, тут только успевай, работай. Оппоненты же, напрямую не участвующие в данном процессе, при любой оплошности – тут как тут, исполнены гневной критики. И, надо признать, формально бьют они не в бровь, а в глаз. По канонам «боёв без правил» на наших глазах проходит реформа МВД.

Посудите сами. Из памяти людей ещё не успел уйти горький осадок от безумных действий майора милиции Евсюкова, устроившего 27 апреля 2009 г. кровавый погром в московском супермаркете «Остров» и приговоренного судом к пожизненному лишению свободы. И вот, пожалуйста, новый резонанс: 9 марта 2012 г., уже в ходе реформы МВД, группа сотрудников органов внутренних дел в Казани нанесла тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть рецидивиста Сергея Назарова. Сейчас отдел полиции «Дальний» – 81 человек – полностью расформирован, начальник уволен.

Главе республиканского МВД Асгату Сафарову объявлен выговор, а федеральный министр Рашид Нургалиев дал общую оценку этому гадкому случаю, определив действия подчинённых одним словом – предательство.

Как и в ситуации с Евсюковым, в дело незамедлительно вступила «большая политика», обрушив на головы сотрудников МВД потоки объективных и надуманных обвинений, часть из которых адресовалась персонально министру. На нюансах развёрнутой критики хочу остановиться подробнее, ибо здесь затрагивается тема сохранности скреп российской государственности. Но вначале – небольшое отступление.

Я имею прямое отношение к службе в органах внутренних дел свыше 30 лет. Работал в Московском уголовном розыске, знаком с работой следствия, немало времени в системе МВД отдал педагогической и научной деятельности. Тысячи страниц документов, касающихся жизни ведомства за последние 200 лет, «перелопачены» в архивах и научных библиотеках. И не найдено такого отрезка истории, когда бы представителями органов внутренних дел, как и другими «силовиками», здесь надо быть объективными, не допускались нарушения законности. В том числе в самых дурных вариантах. Скажу больше. Насилие прослеживается фактически везде: в семье, педагогике, искусстве, политике, бизнесе, садоводстве, охоте, спорте, да где угодно. Как часто и сколько детей доводится учителями и воспитателями до самоубийства, а то и забивается насмерть физически? А как вам несказки о врачах-изуверах? Давайте вспомним и отстрелы владельцами земли тех, кто посягал на выращенный ими урожай картофеля или яблок. Оценим революционную «оправданность» индивидуального и массового террора в обществе писателями, поэтами, художниками и театральными деятелями.

Может быть, зарубежная практика отличается здесь гуманностью? Это легко проверить. Зайдите в Интернет, наберите поисковые слова, допустим, «зверства (насилие) полиции в Великобритании». А затем во Франции, Таиланде, Конго, Бразилии, Канаде, в любом уголке мира.

Уверяю вас, долго ответов ожидать не придётся. Почитайте зарубежную литературу и периодику, посмотрите художественные и документальные фильмы, их множество. Один только пример. В сериале «Истинная справедливость» актёр Стивен Сигал, играющий американского героя-полицейского, нещадно долбит головой задержанного о стол до тех пор, пока окровавленная жертва не выдавливает из себя нужную информацию. Подобных фрагментов в фильме с избытком. И даже составив рейтинг, в какой стране такого безобразия много, а в какой – минимум, будет ли этим исследованием исчерпана поднятая проблема?

Кто бы спорил, все государства стремятся к тому, чтобы насилия в обществе случалось как можно меньше, а гражданам и в голову не приходило, будто люди в униформе вообще способны причинить им какой-либо вред. Поэтому в высшие органы всех ветвей власти, военное ведомство, правоохранение, спецслужбы, прокуратуру и суд, дипломатию и т.д., стараются подобрать кандидатов физически крепких, культурных и грамотных, а что ещё важнее – нравственно здоровых. Но что поразительно, вряд ли найдётся страна, где для этих нужд хватало бы населения с заданными характеристиками.

Даже в США, на которые нынче чуть ли не молятся, уже в 1980-е годы при приёме на службу в ФБР разрешалось оформлять лиц с судимостью за незначительные преступления, типа хулиганства.

Не стану приводить удручающую российскую статистику — сколько десятков миллионов у нас зарегистрировано ранее судимых и «чистых» граждан с погашенной судимостью, пьяниц, любителей наркотиков, душевнобольных, бродяг и попрошаек, проституток, носителей СПИДа и ВИЧ-инфекции, «трудных детей» и т.д. Без учёта незарегистрированных носителей негатива...

В этом свете возникает вопрос: почему инцидент, произошедший в казанской полиции, при констатации всей его мерзости, но и объяснимости тоже, приобрёл столь широкое политическое звучание? Потому, что гибель Сергея Назарова совпала с удручающим мировоззренческим провалом на президентских выборах, так называемой оппозиции. А как агрессивно оценивают живущие среди нас «оппозиционеры» страну, их взрастившую и вскормившую, ярко проглядывает из брызжущей ядом одной из множества цитат (не стану упоминать имя автора всуе): «Русскому народу место в тюрьме, причем не где-нибудь, а именно у тюремной параши». Какая же это оппозиция, тут ближе другое определение – предатели!

Столько денег, как от доморощенных нуворишей, так и зарубежных источников, было вложено в расстройство этой исключительно важной для современной геополитики избирательной кампании – и всё впустую. А валютные транши, уверяют эксперты, в общей сложности близки $1 млрд.

И теперь полученные финансы «оппозиции» надо отрабатывать, доказывать свою пригодность перед заказчиками. И вдруг, такой прецедент в Казани случается и замешана в этом гнусном происшествии полиция в стадии реформирования. И происходит это тогда, когда протестная волна начала сдуваться.

Разве казанский инцидент не есть одна из поставленных дьяволом задач попытаться ослабить, а то и сломать важную государственную скрепу – Министерство внутренних дел? А они, эти задачи, незамысловаты: приводя леденящие душу примеры о «полицейском зверстве», возводя частное в общее, максимально возбудить эмоции населения, убедить выйти людей на улицы и скандировать лозунги, вроде: «Долой! Долой! Долой!». А там, глядишь, и к неафишируемой цели вскоре удастся подобраться. Она тоже проста: продвижение в высшие органы власти послушных марионеток, манипулируя которыми удастся увеличить доли уставного капитала в пользу зарубежных предпринимателей, открыть свободный доступ извне к богатым природным ресурсам и т.д.

Ничего себе, Россия даёт, рассуждают за Западе, за десять лет увеличила ВВП со $170 млн. до $2 трлн., а расходы на оборону – с $4,4 млрд. до $50 млрд. Этакими темпами русские и в самом деле в мировые лидеры вскоре выбьются!


А давайте, мы в Европарламенте результаты их мартовских выборов оценим как «несвободные, несправедливые», и вынесем вердикт: «Россия превращается во второй Китай». Полагаю, ясно, откуда исходят незамедлительно прозвучавшие упрёки в адрес МВД и Рашида Нургалиева – руководителя ведомства, отвечающего за внутреннюю безопасность страны. Упрёки эти и прежде слышались, но сразу после казанского случая посыпались, будто из рога изобилия. Перечислять их все скопом — устанет рука писать, а вот на абсурдности наиболее впечатляющих «обвинений», остановиться всё-таки следует.

Главный упрёк – о якобы «захлебнувшейся» реформе МВД. Что ставят в вину? Уже год прошёл после принятия закона о полиции, а толку никакого от проведённой переаттестации нет, как были ранее милиционеры негодяями, таковыми и полицейские остались. То, что в первый год реформы эта «плохая» полиция рассмотрела свыше 24,6 млн. материалов о происшествиях разного толка – это как бы не в счёт, как и сокращение преступности, как и то, что, защищая жизнь и собственность граждан, не одна сотня полицейских пожертвовала собственной жизнью, а тысячи – остались покалеченными... Об этом – ни слова! Но ведь на самом деле — в какой момент надо признать, что процесс реформы МВД завершён? Через год, два, пять, десять лет? В советских учебниках, я помню, писалось, что спустя многие годы после революции 1917 г., СССР наконец-то преодолел планку экономических показателей царской России 1913 г. Так и в конце 1990-х рыночные «реформаторы» бахвалились, что, вот-вот, и страна дотянется до уровня экономического развития СССР 1989-го…

Исходя из приведённых сравнений, предъявлять претензии о несвершившейся в течение одного года реформе МВД – это какой-то политический инфантилизм, смешное повторение известной в своё время работы о детской болезни «левизны».

Да чтобы ребёнка выучить читать, писать, считать, рассуждать мало-мальски – минимум лет восемь-девять требуется, на крайний случай – хотя бы начальное, четырёхлетнее образование. Дети-«вундеркинды» из вновь испечённой финансовой, политической и прочей «аристократии» отчего-то в милицию-полицию толпой, как в престижный вуз, не рвались и не рвутся, что и со службой в армии не происходит. Кто же тогда в основной массе до недавних пор трудился в органах внутренних дел?

В конце 1980-х – начале 1990-х годов социологи выяснили, что старшие школьники приоритетными профессиями признают: гангстеризм – среди мальчиков; проституцию – среди девочек. И те, и другие «много денег зарабатывают». А в 2000 г. аналогичные исследования не выявили ни одного школьника, желающего пойти по такому пути. Сегодня, желаем мы того или нет, в органах правопорядка пока ещё работают в немалом числе те, кто отвечал на вопросы первой анкеты. Изменили они свои профессиональные ожидания, став милиционерами, полицейскими, прокурорами, таможенниками и пр. – на этот вопрос однозначного ответа нет. Вторая и последующие волны российской молодежи только приступают к их замене. Хотя, конечно же, порядочных сотрудников в правоохранении, в той же полиции, много больше, чем горстки казанских садистов или прототипов Евсюкова. Допытываться, кто воспитал их такими «моральными уродами», наивно. Криминологи давно сделали вывод: на формирование личности преступника, как на саму преступность, воздействуют 170-200 факторов, влиять на них правоохранение бессильно. В состоянии ли было МВД воздействовать, например, на не так ещё давно проводившуюся установку: во имя беспрепятственности накопления первоначального капитала допустимо совершение преступлений в нарушение действующему законодательству? Или на отринутую, наконец-то, политическую точку зрения, что коррупция – это смазка рыночного механизма? Как только сотрудники правоохранения пытались прищучить конкретных исполнителей столь безрассудной идеологии, их мгновенно били по рукам. А раз кому-то допускается и даже поощряется жить вне закона, то почему соблазн быть «как они» не должен пронизать правоохранительную среду?

И так – преимущественно по всей стране, что на госслужбе, что в бизнесе, что в политике. Ведь девиз о холодной голове, горячем сердце и чистых руках многократно высмеян и оплёван.

А отдельно взятый элемент системы не может обладать качественными отличиями от сложившегося в системе порядка. На коллегии МВД России президент Дмитрий Медведев наказал сотрудникам действовать «так, как считаете правильным, невзирая на лица… без оглядки на политические структуры». Прежде такого тона и уровня рекомендаций в Министерстве не слышали.

Поэтому скоротечных результатов реформы МВД ожидать не приходится, хотя бы потому, что «человеческий материал» ещё не тот, что нужен.

Подобная картина в 1990-е годы, да и позднее, чего уж тут скрывать, наблюдалась в генералитете «силовиков», когда поступающая в нечестные руки информация просеивалась через субъективное сито и реализовывалась не в интересах народа, а в угоду криминальному капиталу, продвинувшему своего протеже на нужный ведомственный пост.

И чем выше по карьерной лестнице продвигалась марионетка в погонах, тем большие открывались возможности нахапать, урвать, обогатиться. Иные из них при поддержке денежных мешков от полковника до генерал-полковника вырастали за год-полтора.

Вспомните новостные сюжеты о сумасшедших по стоимости особняках, принадлежащих высшему командному составу, их внутреннем убранстве. Ведётся ли сегодня кадровая зачистка двуликих Янусов? Да, об этом регулярно свидетельствуют громкие и тихие дела, связанные с их отставками и арестами. Обратите внимание, не только в МВД. Глубоко сомневаюсь, что изгнанниками не овладевает чувство озлобленности к тем, кто их вытурил с прибыльных мест. Они будут мстить и сделают это при первой возможности.

Есть и другая претензия: российской полиции «очень много», в зарубежье меньше. В СМИ сравнивают коэффициенты, сколько их приходится на 1000 человек населения, например, в России – 9,7; в Израиле – 3,5; в Японии – 1,9. Резюме незамысловато: надо бы излишнюю численность МВД России урезать, привести к «правильным» иностранным коэффициентам. Выдвигаю встречный аргумент. Давайте сравним, сколько квадратных метров территории приходится на одного жителя и одного сотрудника полиции в перечисленных странах? Выстроятся занимательные сравнения: в России на одного жителя выпадает 119,5 м2и 15 543,8 м2 на одного работника системы МВД (без учёта внутренних войск). Соответственно эти цифры в Япония равняются 2,9 м2и 1 399,7 м2, а в Израиле – 2,8 м2и 735,7 м2. Комментарии излишни. Если в Израиле или Японии население буквально прижимается друг к другу, полицейские сквозь народ протискиваются, а друг друга могут увидеть в театральный монокль, то в России – другие просторы. Один наш полицейский, отстоящего от него на 15,5 км товарища в самый сильный морской бинокль не разглядит! Будь моя воля, я численность МВД для надлежащего обеспечения внутреннего правопорядка российских земель ещё бы нарастил. К слову, в Тель-Авиве, как и прочих государствах мира, так и поступают.

Министра внутренних дел понукают тем, что он «засиделся» в кабинете, пора бы его освободить. Я не поленился, подверг анализу судьбы 63-х его предшественников, начиная с 1802 г. – времени создания МВД взамен Разбойного и Земского приказов – до 2004 г., момента назначения Рашида Гумаровича на ныне занимаемый пост.

Расчёты показали: средняя продолжительность «жизни» министерского портфеля в монархическую эпоху составляла 3,5 лет, в годы Советской власти – 3,3 года, в постсоветской России – столько же. Но не всё так просто, как представляется на первый взгляд. Это любопытная арифметика политического бытия нашей огромной страны.

Так, Александр I – инициатор кардинальной реформы правоохранения, правил 24 года (1801—1825), сменил пять глав МВД, но только князь Виктор Кочубей руководил Министерством девять лет, потому что на его плечах лежала реализация масштабных внутренних преобразований империи, касающихся МВД. Тот же сюжет с Николаем I, он вёл государство в течение 30 лет (1825—1855), ему верой и правдой служили шесть министров, но лишь граф Лев Перовский возглавлял ведомство 11 лет, исполняя важные акции, проводимые монархом. Идентичные управленческие картины налицо в периоды царствования: Александра II (правил 26 лет, поменялись пять министров, среди них генерал Александр Тимашев – почётный гражданин Казани, Петрозаводска и Смоленска, возглавлял МВД 10 лет); Александра III (правил 13 лет, сменил трёх министров, граф Дмитрий Толстой – энергичный глава МВД и шеф жандармов, руководил Министерством семь лет).

Заметный сбой упорядоченности в работе ключевого имперского ведомства стал отмечаться при царствовании Николая II. За 13 лет он поменял 15 министров, из них лишь действительный тайный советник Иван Горемыкин прослужил четыре года до назначения его членом Государственного Совета, столько же – великий реформатор Пётр Столыпин, предупреждавший о недопустимости великих потрясений, и подло убитый.

Выявленные закономерности видим и в последующие политические периоды российской истории, когда четыре главы МВД Временного правительства удерживались в кресле в среднем 58 дней.

За 27 лет (1926—1953) власти Иосифа Сталина сменилось шесть министров, среди них Лаврентий Берия на этом посту проработал около восьми лет, а Сергей Круглов – десять лет. С Леонидом Брежневым в течение его 18-летнего политического руководства государством (1964—1982) Министерство возглавляли два человека, из них генерал армии Николай Щёлоков – 16 лет. Административного запала проведённой им реформы милиции инерционно хватило на годы после развала СССР. Напротив, Михаил Горбачев, за шесть лет власти поменял пять Министров, что не спасло страну от крушения, как и в случае с Николаем II – последним императором.

Таким образом, искажения здоровых традиций развития МВД, складывавшихся веками, стали наблюдаться в годы царствования Николая II, политических судорог Временного правительства, чуть ли не весь период Советской власти (вспомним трагические судьбы Ягоды, Ежова, Берии, Пуго, других Министров). Иными словами, перед великими Смутами и в их бытность с министерскими портфелями творилась чехарда. А в периоды устойчивого развития российской державы всегда требовались государственные мужи, возглавлявшие МВД в течение времени, необходимого для неусыпного сопровождения зачинаемых административных мероприятий. По их завершении, по крайней мере, в монархическую эпоху, министры-стратеги, осыпанные знаками признания высоких заслуг, покидали этот пост, чтобы занять не менее ответственные государственные должности. Вот, например, как отзывались о министре графе Л. Перовском: «…государь лишился в нём верного слуги, а Отечество преданного сына».

Вывод: Министерство лихорадило в течение последних ста лет, известных грозными потрясениями. Пора бы этому управленческому коллапсу положить конец, благо на сложном периоде постсоветской чертополосицы поставлена точка.

Моё мнение кому-то наверняка не понравится, но последовательное продолжение реформ, реализуются они в Минобороны или в МВД, должны исполнять те, кто стоял у истоков данного направления государственной политики. Кадровая чехарда в столь ответственных для национальной безопасности вопросах положительный результат принесёт вряд ли. Действующий министр внутренних дел – Рашид Нургалиев – человек с огромным профессиональным опытом работы в спецслужбе (ФСБ), Администрации Президента, МВД. На годы его министерской власти выпало немало социальных встрясок и трагических событий. Он давно уже стал настоящим технократом, прекрасно понимает, какие изменения требуется цепочкой внести в реформирование ведомства.

Примем во внимание резкий скачок посягательств на работников Министерства со стороны правонарушителей (свыше 6 тыс. в 2011 г. или в два раза больше, чем в году предшествующем.). А в отношении 1,6 тыс. сотрудников органов внутренних дел пришлось прибегнуть к прямым мерам защиты от мести преступников. Служители закона системы МВД России стали менее податливы на сомнительные уступки, в ответ агрессивная реакция криминала против очевидно укрепляющейся законности.

И что же, именно теперь, когда, как говорят, лёд тронулся, надо этот пока ещё хрупкий позитивный процесс остановить, «скинуть» того, кто воз тащит, потому что среди свыше миллиона сотрудников Министерства встречаются предатели?

Похоже, ставки на дискредитацию МВД и его главу сделаны очень высокие. Тех, кто затеял эту провокацию, реально пугает налаживание правопорядка, они осознают: чем быстрее по стране распространяется и насаждается законность в работе полиции, других правоохранительных органов, суде, тем короче становится их неправедный путь. В этой связи вношу предложение расширить инициативу председателя Следственного комитета Александра Бастрыкина о создании в ведомстве спецподразделения, расследующего только дела полицейских. Сложившаяся ситуация требует образования структуры, занятой расследованием преступлений, допущенных представителями всех «силовиков» и судебной системы. Хватит прятаться за спину МВД и делать из полицейских козлов отпущения.

Прав депутат Государственной Думы третьего-пятого созывов Александр Гуров — в гармоничном реформировании нуждается вся система правоохранения!

Да, эволюционная терапия, нацеленная на создание здоровых общественных отношений в России, включая преобразование МВД, будет проводиться не просто. В условиях отсутствия в стране укоренившегося гражданского общества и правового государства, при демонстративном хамстве эгоистической олигархии, агрессии окрепшей организованной преступности, искусственно провоцируемых вспышек сепаратизма, лая подкупленных СМИ, непрестанных попыток вмешательства извне, других внутренних и внешних угроз... Это стратегия исполнима при наличии, как писали русские историки, определённых скреп, системно создаваемых в обществе и государстве, будь то культура, язык, религия, экономика или политика. В числе таких скреп – институты Вооруженных Сил, правоохранения и спецслужб, суда, в данном случае Министерство внутренних дел Российской Федерации.

...После унизительных 1990-х и накопительных нулевых Россия наконец-то выходит из тени. Никаких революций, отбрасывающих наше Отечество на многие годы назад, в какие бы цвета они не окрашивались. Только поступательное движение, в котором исключительно важную роль играет скрепа МВД, обеспечивая внутреннюю безопасность Отчизны.

************

Калачёв Борис Федорович — Заслуженный сотрудник органов внутренних дел Российской Федерации, кандидат юридических наук

--------------------------

Источник:

*- http://www.stoletie.ru/

Введите Ваш email адрес, что бы получать новости:    



comments powered by HyperComments 
Бесплатный анализ сайта Рейтинг@Mail.ru
^ Вверх