It Is Time to Throw the Monarchies of the World Into the Dustbin of History+перевод

The fawning adulation of Queen Elizabeth in the United States, which fought a revolution to get rid of the monarchy

The fawning adulation of Queen Elizabeth in the United States, which fought a revolution to get rid of the monarchy, and in Great Britain, is in direct proportion to the fear gripping a discredited, incompetent and corrupt global ruling elite. The global oligarchs are not sure the next generation of royal sock puppets – mediocrities that include a pedophile prince and his brother, a cranky and eccentric king who accepted suitcases and bags stuffed with $3.2 million in cash from the former prime minister of Qatar Sheikh Hamad bin Jassim bin Jaber Al Thani, and who has millions stashed in offshore accounts – are up to the job. Let’s hope they are right.

“Having a monarchy next door is a little like having a neighbour who’s really into clowns and has daubed their house with clown murals, displays clown dolls in each window and has an insatiable desire to hear about and discuss clown-related news stories,” Patrick Freyne wrote last year in The Irish Times. “More specifically, for the Irish, it’s like having a neighbour who’s really into clowns and, also, your grandfather was murdered by a clown.”

Monarchy obscures the crimes of empire and wraps them in nostalgia. It exalts white supremacy and racial hierarchy. It justifies class rule. It buttresses an economic and social system that callously discards and often consigns to death those considered the lesser breeds, most of whom are people of color. The queen’s husband Prince Phillip, who died in 2021, was notorious for making racist and sexist remarks, politely explained away in the British press as “gaffes.” He described Beijing, for example, as “ghastly” during a 1986 visit and told British students: “If you stay here much longer you’ll all be slitty-eyed.”

The cries of the millions of victims of empire; the thousands killed, tortured, raped and imprisoned during the Mau Mau rebellion in Kenya; the 13 Irish civilians gunned down in “Bloody Sunday;” the more than 4,100 First Nations children who died or went missing in Canada’s residential schools, government-sponsored institutions established to “assimilate” indigenous children into Euro-Canadian culture, and the hundreds of thousands killed during the invasion and occupation of Iraq and Afghanistan are drowned out by cheers for royal processions and the sacral aura an obsequious press weaves around the aristocracy. The coverage of the queen’s death is so mind-numbingly vapid — the BBC sent out a news alert on Saturday when Prince Harry and Prince William, accompanied by their wives, surveyed the floral tributes to their grandmother displayed outside Windsor Castle — that the press might as well turn over the coverage to the mythmakers and publicists employed by the royal family.

The royals are oligarchs. They are guardians of their class. The world’s largest landowners include King Mohammed VI of Morocco with 176 million acres, the Holy Roman Catholic Church with 177 million acres, the heirs of King Abdullah of Saudi Arabia with 531 million acres and now, King Charles III with 6.6 billion acres of land. British monarchs are worth almost $28 billion. The British public will provide a $33 million subsidy to the Royal Family over the next two years, although the average household in the U.K. saw its income fall for the longest period since records began in 1955 and 227,000 households experience homelessness in Britain.

Royals, to the ruling class, are worth the expense. They are effective tools of subjugation. British postal and rail workers canceled planned strikes over pay and working conditions after the queen’s death. The Trade Union Congress (TUC) postponed its congress. Labour Party members poured out heartfelt tributes. Even Extinction Rebellion, which should know better, indefinitely canceled its planned “Festival of Resistance.” The BBC’s Clive Myrie dismissed Britain’s energy crisis — caused by the war in Ukraine — that has thrown millions of people into severe financial distress as “insignificant” compared with concerns over the queen’s health. The climate emergency, pandemic, the deadly folly of the U.S. and NATO’s proxy war in Ukraine, soaring inflation, the rise of neo-fascist movements and deepening social inequality will be ignored as the press spews florid encomiums to class rule. There will be 10 days of official mourning.

In 1953, Her Majesty’s Government sent three warships, along with 700 troops, to its colony British Guiana, suspended the constitution and overthrew the democratically elected government of Cheddi Jagan. Her Majesty’s Government helped to build and long supported the apartheid government in South Africa. Her Majesty’s Government savagely crushed the Mau Mau independence movement in Kenya from 1952 to 1960, herding 1.5 million Kenyans into concentration camps where many were tortured. British soldiers castrated suspected rebels and sympathizers, often with pliers, and raped girls and women. By the time India won independence in 1947 after two centuries of British colonialism, Her Majesty’s Government had looted $45 trillion from the country and violently crushed a series of uprisings, including the First War of Independence in 1857. Her Majesty’s Government carried out a dirty war to break the Greek Cypriot War of Independence from 1955 to 1959 and later in Yemen from 1962 to 1969. Torture, extrajudicial assassinations, public hangings and mass executions by the British were routine. Following a protracted lawsuit, the British government agreed to pay nearly £20 million in damages to over 5,000 victims of British abuse during war in Kenya, and in 2019 another payout was made to survivors of torture from the conflict in Cyprus. The British state attempts to obstruct lawsuits stemming from its colonial history. Its settlements are a tiny fraction of the compensation paid to British slave owners in 1835, once it — at least formally — abolished slavery.

During her 70-year reign, the queen never offered an apology or called for reparations.

The point of social hierarchy and aristocracy is to sustain a class system that makes the rest of us feel inferior. Those at the top of the social hierarchy hand out tokens for loyal service, including the Order of the British Empire (OBE). The monarchy is the bedrock of hereditary rule and inherited wealth. This caste system filters down from the Nazi-loving House of Windsor to the organs of state security and the military. It regiments society and keeps people, especially the poor and the working class, in their “proper” place.

The British ruling class clings to the mystique of royalty and fading cultural icons as James Bond, the Beatles and the BBC, along with television shows such as “Downton Abbey” — where in one episode the aristocrats and servants are convulsed in fevered anticipation when King George V and Queen Mary schedule a visit — to project a global presence. Winston Churchill’s bust remains on loan to the White House. These myth machines sustain Great Britain’s “special” relationship with the United States. Watch the satirical film In the Loop to get a sense of what this “special” relationship looks like on the inside.

It was not until the 1960s that “coloured immigrants or foreigners” were permitted to work in clerical roles in the royal household, although they had been hired as domestic servants. The royal household and its heads are legally exempt from laws that prevent race and sex discrimination, what Jonathan Cook calls “an apartheid system benefitting the Royal Family alone.” Meghan Markle, who is of mixed race and who contemplated suicide during her time as a working royal, said that an unnamed royal expressed concern about the skin color of her unborn son.

I got a taste of this suffocating snobbery in 2014 when I participated in an Oxford Union debate asking whether Edward Snowden was a hero or a traitor. I went a day early to be prepped for the debate by Julian Assange, then seeking refuge in the Ecuadorian Embassy and currently in His Majesty’s Prison Belmarsh. At a lugubrious black-tie dinner preceding the event, I sat next to a former MP who asked me two questions I had never been asked before in succession. “When did your family come to America?” he said, followed by “What schools did you attend?” My ancestors, on both sides of my family, arrived from England in the 1630s. My graduate degree is from Harvard. If I had failed to meet his litmus test, he would have acted as if I did not exist.

Those who took part in the debate – my side arguing that Snowdon was a hero narrowly won – signed a leather-bound guest book. Taking the pen, I scrawled in large letters that filled an entire page: “Never Forget that your greatest political philosopher, Thomas Paine, never went to Oxford or Cambridge.”

Paine, the author of the most widely read political essays of the 18th century, Rights of Man, The Age of Reason and Common Sense, blasted the monarchy as a con. “A French bastard landing with an armed banditti and establishing himself as King of England against the consent of the natives, is in plain terms a very paltry rascally original…The plain truth is that the antiquity of the English monarchy will not bear looking into,” he wrote of William the Conqueror. He ridiculed hereditary rule. “Of more worth is one honest man to society, and in the sight of God, than all the crowned ruffians that ever lived.” He went on: “One of the strangest natural proofs of the folly of hereditary right in kings is that nature disproves it, otherwise she would not so frequently turn it into ridicule, by giving mankind an ass for a lion.” He called the monarch “the royal brute of England.”

When the British ruling class tried to arrest Paine, he fled to France where he was one of two foreigners elected to serve as a delegate in the National Convention set up after the French Revolution. He denounced the calls to execute Louis XVI. “He that would make his own liberty secure must guard even his enemy from oppression,” Paine said. “For if he violates this duty, he establishes a precedent that will reach to himself.” Unchecked legislatures, he warned, could be as despotic as unchecked monarchs. When he returned to America from France, he condemned slavery and the wealth and privilege accumulated by the new ruling class, including George Washington, who had become the richest man in the country. Even though Paine had done more than any single figure to rouse the country to overthrow the British monarchy, he was turned into a pariah, especially by the press, and forgotten. He had served his usefulness. Six mourners attended his funeral, two of whom were Black.

You can watch my talk with Cornel West and Richard Wolff on Thomas Paine here.

There is a pathetic yearning among many in the U.S. and Britain to be linked in some tangential way to royalty. White British friends often have stories about ancestors that tie them to some obscure aristocrat. Donald Trump, who fashioned his own heraldic coat of arms, was obsessed with obtaining a state visit with the queen. This desire to be part of the club, or validated by the club, is a potent force the ruling class has no intention of giving up, even if hapless King Charles III, who along with his family treated his first wife Diana with contempt, makes a mess of it.





Пора выбросить монархии на свалку истории

«Off With Her Head.» (Carton: Mr. Fish)

Раболепное преклонение перед королевой Елизаветой в США, где произошла революция с целью избавления от монархии, как и в Британии, находится в прямой взаимосвязи со страхом, охватившем дискредитированную, некомпетентную и коррумпированную глобальную правящую элиту. Глобальные олигархи не уверены в следующем поколении королевских марионеток — посредственностей, в число которых входят английские принц-педофил и его брат, капризный и ненормальный король, который получал чемоданы и сумки набитые 3,2 млн. бумажных долларов от бывшего катарского премьер-министра шейха Хамада бин Джассим бин Джабир Ат-Тани, и у которого на офшорных счетах спрятаны миллионы.

«Монархия по соседству, это словно ваш сосед любит клоунов, разрисовал свой дом картинками с клоунами, выставляет кукол-клоунов в своих окнах, и постоянно говорит только о клоунах», — написал Патрик Фрейн в Irish Times. — «В частности для ирландца, это равносильно соседу, который любит клоунов, которые убили его деда». Монархия утаивает имперские преступления, окутывая их туманом ностальгии. Она превозносит превосходство белых и расовую иерархию. Она оправдывает классовое господство. Она поддерживает экономическую и социальную систему, бездушно отвергающую и убивающую так называемые низшие породы — в основном цветные народы. Муж королевы принц Филипп, умерший в 2021 году, прославился своими расистскими и сексистскими заявлениями, которые британская пресса подобострастно называла «оплошностями». Например, во время поездки в Пекин он заявил британским студентам: «Если вы останетесь здесь надолго, то станете косоглазыми».

Плач миллионов жертв империи; тысяч убитых, замученных, изнасилованных и брошенных в тюрьмы во время восстания Мау-Мау в Кении; 13 мирных ирландских граждан, расстрелянных в «Кровавое воскресенье»; более 4100 детей коренных народов Северной Америки, которые погибли или пропали без вести в канадских школах-интернатах — поддерживаемых государством учреждениях, созданных для «ассимиляции» индейских детей в европейскую культуру; сотни тысяч убитых людей во время вторжения и оккупации Ирака и Афганистана — всё это заглушено приветствиями королевских процессий и сакральной аурой, которую покорная пресса создаёт вокруг аристократии. Освещение королевской смерти настолько умопомрачительно и пошло — BBC подробно описывает, как принцы Гарри и Уильям в сопровождении своих жён рассматривают цветочные композиции, посвящённые их бабушке и выставленные перед Виндзорским замком — что пресса могла бы с таким же успехом передать всё освещение наёмным создателям мифов о королевской семье.

Члены королевской семьи — олигархи. Они защищают свой класс. Среди крупнейших в мире землевладельцев: король Марокко Мухаммад VI, который владеет 176 млн. акрами; Священная римская католическая церковь, которая владеет 177 млн. акрами; наследники короля Саудовской Аравии Абдуллаха, которые владеют 531 млн. акров; король Англии Чарльз III, который владеет 6,6 млрд. акрами. Состояние британских монархов составляет 28 млрд. долларов. А британское правительство собирается предоставить королевской семье субсидию размером 33 млн. долларов в течение следующих двух лет, в то время как средний доход в Британии непрерывно падает с 1955 года, и 227 тыс. британских семей входят в статистику бездомных.

Монархи очень ценны для правящего класса. Они являются эффективными инструментами подчинения населения. Британские почтовые и железнодорожные работники отменили запланированные забастовки, вызванные низкой зарплатой и плохими условиями труда, сославшись на траур в связи со смертью королевы. Конгресс профсоюзов отменил свой съезд, Лейбористская партия выступила с заявлением о скорби, экологическая организация «Восстание вымирания» отменила «Фестиваль сопротивления». Энергетический кризис, поразивший Британию, центральные правительственные СМИ назвали «незначительным», по сравнению с опасениями по поводу здоровья королевы. Чрезвычайный климатический кризис, пандемия, смертельная глупость американо-натовской войны на Украине, стремительный рост инфляции, широкое распространение неофашизма и обострение социального неравенства продолжают игнорироваться, пока пресса прославляет монархическое правление.

В 1953 году королевское правительство отправило три военных корабля с 700 солдатами в колонию Британская Гвиана, приостановив действие Конституции и свергнув демократическое правительство Чедди Джагана. Королевское правительство сформировало и поддерживало правительство апартеида в Южной Африке. Королевское правительство жестоко подавило восстание 1952-60 годов в Кении, бросив в концлагеря 1,5 млн. кенийцев, где многие из них пострадали от пыток. Британские солдаты плоскогубцами кастрировали повстанцев и их сторонников, и насиловали местных девушек и женщин. К тому времени как Индия обрела независимость в 1947 году после двух столетий британского колониализма, королевское правительство ограбило эту страну на 45 трлн. долларов и жестоко подавило несколько восстаний, включая Первую войну за независимость 1857 года. Королева организовала грязную войну против греков-киприотов в 1955-59 годах, чтобы помешать им завоевать независимость. В 1962-69 годах то же самое было сделано против йеменцев. Пытки, массовые убийства и публичные казни — обычная практика английских колонизаторов. По коллективным искам британское правительство вынужденно было выплатить компенсации нескольким жертвам колониализма в Кении и Кипре, но оно всегда препятствует проведению таких судебных процессов.

За всё 70-летнее своё правление королева ни разу не принесла извинений и не одобрила выделения компенсаций для возмещения ущерба от своей колониальной политики. Цель социальной иерархии и аристократии состоит в поддержке классовой системы, которая заставляет большинство из нас чувствовать себя неполноценными. Те, кто сидит на вершине социальной иерархии, раздают медали и ордена за лояльную службу. Монархия — основа наследственного правления и унаследованного богатства. Это кастовая система просачивается от про-нацистской королевской семьи в органы госбезопасности и армию. Она формирует характер британского общества и держит в покорности большую часть населения, особенно бедняков.

Британский правящий класс цепляется за мистику королевской власти и опирается на её пропаганду в поп-культуре. И эта практика распространяется на США. Только в 1960-х годах «цветным иммигрантам и иностранцам» разрешили работать канцелярскими работниками и слугами в королевском дворе. Это раскрывает уровень расизма английских аристократов. Королевская семья официально освобождена от соблюдения законов. Королевский снобизм я узнал в 2014 году, когда участвовал в дебатах «Оксфордского союза» на тему Эдварда Сноудена. Я пришёл на день раньше, чтобы встретиться с Джулианом Ассанжем, который вскоре запросил убежище в посольстве Эквадора, а сейчас сидит в королевской тюрьме Белмарш. На мрачном ужине перед этими дебатами, я сидел рядом с бывшим членом парламента, который задал мне два странных вопроса: «Когда ваша семья переехала в Америку?» и «В каких школах вы учились?» Мои предки прибыли в Америку в 1630-х годах, а высшее образование я получил в Гарварде. Если бы я ответил по-другому, он вёл бы себя так, словно меня не существовало.

Моя сторона этих дебатов, считающая Сноудена героем, победила с небольшим перевесом, и когда мы писали свои заметки в гостевой книге в кожаном переплёте, я написал крупным почерком на всю страницу: «Никогда не забывайте, что ваш величайший политический философ Томас Пейн никогда не учился в Оксфорде или Кембридже». Пейн написал в VIII веке несколько известных политических эссе, в которых называл монархию мошенничеством. «Французский бастард, высадившийся с вооружёнными бандитами и провозгласивший себя королём Англии вопреки мнению местных жителей — это, попросту говоря, крайне ничтожный негодяй. Суть истины заключается в том, что древность английской монархии не выдерживает расследования», — написал он о Вильгельме Завоевателе. Он также высмеивал наследственное правление. «Один честный человек более ценен для общества и Бога, чем все коронованные негодяи, которые когда-либо жили», — написал Пейн. — «Одно из самых естественных доказательств безумия наследственного права королей состоит в том, что природа опровергает его, иначе она не стала бы превращать его в посмешище, когда осла выдают за льва».

Когда британский правящий класс попытался арестовать Пейна, он убежал во Францию, где стал одним из двух иностранцев, избранных в Национальный Конвент, созванный после Французской революции. Но он осудил призывы казнить Людовика XVI. «Кто хочет защитить свою свободу, должен защищать своего врага от преследований», — сказал Пейн. — «А если он нарушит этот долг, он создаст прецедент, который затронет и его самого». Он предупреждал, что неконтролируемые законодательные органы могут быть столь же деспотичными, как и неконтролируемые монархии. Уехав в Америку из Франции, он осуждал рабство, богатство и привилегии нового правящего класса, включая Джорджа Вашингтона, который был самым богатым американцем. Хотя Пейн сделал больше других, чтобы поднять восстание против британской монархии, его, особенно в прессе, изображали изгоем. На его похороны пришли шесть человек, двое из которых были неграми.

У многих жителей США и Британии наблюдается возбуждённое стремление быть каким-то, пусть косвенным образом, связанным с королевской семьёй. Мои белые британские друзья часто рассказывают истории о предках, которые пытались связать себя с каким-нибудь, пусть и малоизвестным, аристократом. Дональд Трамп придумал свой собственный геральдический герб, будучи одержимым желанием добиться государственного визита к королеве. Это желание быть частью монархической касты и получить его поддержку — мощная сила, от которой правящий класс не собирается отказываться. Это касается даже неполноценного короля Чарльза III, который вместе со своими родственниками с презрением относился к своей первой жене Диане.



Введите Ваш email адрес, что бы получать новости: