Как всегда пересуетились...
Сколько зарабатывают художники в России

рим

А. Суздальцев пишет...

Ну вот, началось… А. Лукашенко немного погостил в Риме и вернулся в Минск. Итак, Европа открыта для визитов белорусского президента и, как бы благославлена, католическим первосвященником. К данному факту можно относиться совершенно по-разному. В частности, в рамках популярной сейчас в России версии дрейфа белорусских властей на Запад, первый визит в одну из стран Евросоюза после снятия с Минска европейских санкций, можно рассматривать в качестве косвенного доказательства того, что белорусский президент продолжает углублять раскол с Россией и ищет покровительства со стороны Брюсселя и Вашингтона.

Откровенное уродство не так уродливо и откровенная старость не так стара, как они же, нарумяненные и молодящиеся… (Мишель Эйкем де Монтень)

В рамках данной версии было бы логичным, если бы А. Лукашенко посетил не Ватикан, а традиционно благожелательно к нему относящуюся Вену. Но к этому вопросу мы еще вернемся…

Однако, на завершившейся неделе в белорусском медиа-пространстве появилась совершенно экзотическая версия причин сближения официального Минска с коллективным Западом. В частности утверждается, что А. Лукашенко исполняет роль некого современного Штирлица, «заброшенного» в стан «врага» (Запада) коварным Кремлем и действует в европейском «лагере» на пользу, естественно, Союзного государства. Следом появился целый выводок аналогичных по сути версий, что говорит о том, что информационная кампания, обеспечивающая прикрытие прозападного дрейфа Минска сейчас  в самом разгаре. Но кто авторы?

Если не брать в расчет представителей прогосударственного экспертного сообщества, которое: с одной стороны яростно нападает на Россию, убеждая белорусское общество в «агрессивности» Москвы,  а с другой — пытается опровергнуть  все обвинения Минска российскими СМИ в уклонении от выполнения союзнических обязательств. Тогда упомянутая версия появилась, скорее всего, в той небольшой, можно сказать  реликтовой части белорусского политического класса, которая, несмотря на все маневры, которые предпринимает А. Лукашенко на международной арене в последние месяцы, искренне верит в то, что союзные отношения между Россией и Беларусью непоколебимы.

Сейчас эти практически маргинальные для современной белорусской политической арены сторонники российско-белорусской интеграции буквально мечутся в поисках аргументов, призванных объяснить очевидные сдвиги в белорусской внешней политике. Нет сомнений, что это миссия невыполнима, так как «точка невозврата» господином Лукашенко уже пройдена, о чем говорит, кроме прочих фактов и сам поиск оправданий для белорусского лидера, причем, иногда, весьма фантастичных.

Беларусь и Запад

1

Автор этих строк придерживается той точки зрения, что любое расширение контактов Минска с Западом является стратегически полезным. Беларусь находится в Европе и в любом случае республика должна иметь хотя бы стандартный объем связей со странами из Евросоюза. В принципе, этот уровень сейчас уже достигнут и  речь идет о расширении контактов со странами ЕС. Но здесь необходимо учесть множество факторов, которые «импортированные» из Европы объективно будут влиять на политическую и экономическую ситуацию в стране.

Из великого разнообразия этих факторов стоит, прежде всего, упомянуть то, что расширение международных контактов принципиально противоречит традиционной самоизоляции любого авторитарного режима. Активные контакты в любом случае активизируют политическую деятельность внутри страны и приводят к постепенной, но неумолимой трансформации политического строя.

В этом случае  режим личной власти не может контролировать весь объем связей с внешними силами, а это главная его функция в формате самозащиты. Иными словами, выйдя из самоизоляции, власть начинает крошиться, как брикет творога. Между прочим, этот процесс наблюдается и в отношениях Беларуси с  Россией, где белорусские власти всеми силами десятилетиями канализируют отношения между Минском и Москвой исключительно на уровне высшего руководства двух стран.

Стоит упомянуть и то, что выход Беларуси на европейскую арену в определенной степени освобождает Россию от постоянной опеки белорусской экономики. Официальный Минск, яростно отстаивая своё право на независимую внешнюю политику, объективно получает возможность для заимствований на Западе, что позволяет России сосредоточить бюджетные деньги на федеральных социальных программах в больших объемах, что в нынешних условиях тактически выигрышно, но понятно, что в перспективе дрейф Беларуси потребует серьезной реакции Москвы...

Задача сохранения власти в руках президента Лукашенко объективно ограничивает возможности Минска для совершения глубокого дрейфа на Запад. Правда, если только в рамках данного процесса некие силы внутри республики совместно с внешними игроками не ставят задачу смены главы государства по украинскому сценарию зимы 2013—2014 гг. Но, пока есть ощущение, что А. Лукашенко, пусть и на уровне инстинкта, но ощущает «красную черту» и надеется навязать Западу свою игру.

Навязанная игра

2

«Окно возможностей» для белорусского руководства — конфликт между Россией и коллективным Западом, который создал определенную площадку для совместной игры Беларуси и Евросоюза (США пока в большей степени наблюдают и корректируют процесс).

Запад, сделав первый шаг авансом (снятие санкций), хотел бы наполнить контакты с Минском традиционным для стран «европейского соседства» содержанием – вопросами развития гражданского общества, обеспечения прав человека,  гражданских свобод и т.д. по известному списку.

Иными словами, творчески использовав опыт переформатирования гражданского общества на Украине, включая программы «Восточного партнерства», вывести ситуацию в республике на майданный уровень. На определенном этапе расширение сотрудничества Евросоюза и Беларуси, включая инвестиционный,  будет все больше увязываться с требованиями постепенной трансформации белорусского общества, а следом и политической системы согласно принятым евростандартам . В рамках данных процессов Запад в том же формате будет способствовать постепенному геополитическому повороту республики.

Понятно, что Западу нужна Беларусь, как последнее звено т.н. «санитарного кордона» между Евросоюзом и Россией. Так что существование  так называемого «окна возможностей» для Минска связано исключительно с продолжением конфликта между Россией и коллективным Западом. Иными словами, чем глубже противостояние между Москвой и Западом, тем больше открывается «возможностей» для Минска, так как Запад будет готов и далее предоставлять белорусскому руководству все более весомые «авансы» в виде кредитов, инвестиций и технологий.

В свою очередь, перед официальным Минском стоит задача уклониться и не пойти на какие-либо серьезные уступки Брюсселю, не допустить начала трансформации политической системы Беларуси, чтобы, ограничившись исключительно декоративными изменениями в формате, к примеру, появления представителей «новой оппозиции» в нижней палате белорусского парламента, де-факто сохранить в целости и сохранности нынешнюю вертикаль власти.

Минск рассчитывает выиграть время, чутко реагируя на быстрое изменение, а скорее ухудшение международной и региональной обстановки, разрушение системы безопасности, втягивание в противостояние в формате «око за око». Все это предоставляет идеальную обстановку для развития лимитрофной политики, но белорусское руководство не знает, сколько продлится этот геополитический конфликт. Правительство РБ беспокоит активность Москвы и еще ряд серьезных факторов, которые пока трудно оценить.

По этой причине Минск  торопит Запад, демонстрируя сложность социально-экономического положения в республике, намекая, на то, что если помощь с Запада будет запаздывать, то А. Лукашенко ничего не останется, как обратиться к России, что, в свою очередь, приведет к появлению на территории Беларуси первых боевых частей российской армии.

Иными словами, Минск, имея в данном деле огромный опыт, приступил к мягкому шантажу Запада. Два тренда встретились, Запад и Беларусь находятся в тесном контакте и буквально на ощупь пытаются найти в позициях  друг у друга наиболее болезненные темы, по которым одна из сторон готова на уступки.

Стороны навязывают друг другу сложную политическую игру, но пока в ней ведет Минск. Стоит напомнить, что точно такой же сценарий А. Лукашенко  проводит и в отношении России.

Ватикан

lukashenko_frnacisk1

Выбрав Рим в качестве места первого визита, А. Лукашенко поступил правильно. Белорусские власти, видимо учитывали, что в настоящее время было бы ошибкой прибыть, к примеру, в Вену и приступить там к торгу с Европой…

В тоже время Папа Римский пользуется огромным авторитетом в мире, он популярен, как ни один из его предшественников и сейчас является, по сути, духовным лидером Запада. А. Лукашенко появился перед Папой в роли,  если не «заблудшего сына», возвращающегося в лоно западной цивилизации, то хотя бы «истинного отца нации», тщательно и осторожно выбирающего свой путь в условиях геополитического раскола. Фактически, А. Лукашенко символично просил у Папы помощи в открытии для него поддержки со стороны Европы.

140

Была и попутная тема – визит Папы Римского в Беларусь, т.е. на каноническую территорию Русской православной церкви Московского патриархата. Стоит напомнить, что А. Лукашенко десятилетиями мечтал провести на белорусской территории встречу Папы Римского и Патриарха Московского и Всея Руси, но не получалось. Встреча Папы и Патриарха в Гаване произвела тяжелое впечатление на официальный Минск, но не сняла задачу воспользоваться возможным визитом Главы римско-католической в Беларусь для собственного пиара.

Борьба за первую строчку в мировых новостях и деньги остаются важнейшими проблемами для белорусского президента, находящегося в постоянном поиске ресурсов для сохранения власти в своих руках.

Стоит напомнить, что даже для выплаты долга за газ – 125 млн. долларов, у г-на Лукашенко денег нет. Именно по этой причине белорусский лидер, едва прибыв в Италию,  не смог выдержать даже элементарную паузу, приступив сразу к рекламе  инвестиций в Беларусь. Про деньги, которые так сейчас необходимы Минску, услышал и Папа Римский. В итоге возникло ощущение, что белорусский президент готов был просить инвестиции в белорусскую экономику даже у швейцара в отеле. В общем, как всегда, А. Лукашенко пересуетился.

Сергей Лавров

lukashenko_lavrov_1

Примерно такая же суета произошла и в предыдущий понедельник, 16 мая, во время встречи А. Лукашенко с министром иностранных дел  России С. Лавровым.  Проблема в том, что белорусский президент и В. Макей, готовясь к встрече с посланцем Кремля, были одержимы одной задачей – во что бы то ни стало развеять сомнения российского руководства в том, что дрейф Минска на Запад по настоящему глубок, а «точка невозврата» уже реально пройдена, а с другой стороны, что улучшение отношений с Евросоюзом и США происходят никак не за счет России.

Но для столь сложной задачи белорусское руководство должно было или подготовить целую систему доводов и аргументов, которые должны были произвести впечатление на С. Лаврова, а в его лице и на Москву, или придумать что-то другое, к примеру, более эмоциональное и сентиментальное. Беда в том, что А. Лукашенко использовал всего понемножку, что в итоге привело к предсказуемому эффекту – белорусские президент и министр иностранных дел пересуетились.

Боюсь, что мы можем говорить о системной проблеме.  Белорусские власти погружены в весьма своеобразную, примитивно одностороннюю  аналитику  событий  в России, политических и экономических процессах в этой стране и, что особо интересует белорусское руководство, структуре и качестве российской элиты. Отсюда и очень поверхностный подход к представителям российского истеблишмента, которые, как считают в Дроздах, можно просто «обаять», демонстрируя дружественность и «отсутствие закрытых тем». Между тем, белорусское руководство должно было учесть, что 16 мая ему предстояло встретиться с исключительно изощренным собеседником и очень проницательным человеком, имеющим за спиной сотни переговоров.

Расхождения стали понятны уже во время «подхода к прессе», когда В. Макей заявлял об отсутствии каких-либо противоречий между странами по проблемам внешней политики, а С. Лавров настаивал на честном диалоге и обсуждении проблем. Понятно, что два министра говорили о разных форматах отношений.

Эти форматы проявились вновь при обсуждении проблем обеспечения безопасности Союзного государства.  Трудно понять, чем руководствовалось белорусское руководство, излагая С. Лаврову свою версию нарастающих угроз со стороны НАТО. Во-первых, это смотрелось несколько неправдоподобно на фоне расширения контактов Минска именно с НАТО и после решительного отказа А. Лукашенко  разместить на территории Беларуси российскую военную авиационную базу.

Во-вторых, надежды на то, чтобы «запуганная» Россия решилась на насыщение белорусской армии современным оружием, включая новейшую авиацию, системы ПВО (С-400) и ОТРК «Искандер» оказались  совершенно необоснованными, так как подразумевали, что должно было свершиться чудо: яркая и эмоциональная риторика А. Лукашенко обязана была вернуть главное, что давно отсутствует в российско-белорусских отношениях – доверие. Получилось наоборот… Москва и Брюссель все больше видят в Минске пустую  суету и стремление обмануть и Восток и Запад одновременно.

-----------------------------------------------------------------------

Источник

© content.foto.google.com

Фото носят иллюстративный характер

Введите Ваш email адрес, что бы получать новости:    



comments powered by HyperComments 
Бесплатный анализ сайта Рейтинг@Mail.ru
^ Вверх