Белорусы и белорусские рубли - ч.1.

Бел. рубли

Максим Равский.

Часть 1.  —  Всё будет гипер!

Белорусский рубль впервые увидел свет в 1992 году и за почти 19 лет своего существования к нему применялись самые насильственные и извращённые меры воспитания из всех постсоветских и восточноевропейских стран. Именно белорусский рубль стал самым девальвируемым платёжным средством среди указанных стран.

«Печатный станок» в виде кредитной эмиссии Национального Банка Республики Беларусь (НБ РБ), пытаясь удовлетворить спрос на деньги со стороны экономики инфляционного роста, эксплуатировался с маниакальным усердием.

Если не учитывать все деноминации и денежные реформы, белорусский рубль на сегодня, 2 января 2011 года, имеет курсовую стоимость в 30 000 000 руб/$ (30 млн). Ближайший в списке лузеров — туркменский манат- 7 125 000, следующий — грузинкий лари — 1 850 000.

Белорусский рубль фактически родился из так называемых «купонов», которые были самобытным белорусским дополнением, приложением к основной денежной единице.

Интересно, что банкноты белорусского рубля появились на несколько месяцев раньше чем безналичный белорусский рубль. Наличность — 25 мая 1992-го, безнал — в июле. Это связано было с тем, что в то время белорусские купюры были лишь также дополнением к ходившим тогда ещё по Беларуси советским рублям. В магазинах и на рынке можно было вести расчёты как в одной, так и в другой валюте, и даже одновременно.

При этом 1000-ам советских рублей соответствовала белорусская купюра с изображением зубра, номиналом в 100 рублей. То есть, изначально планировалась 10-тикратная деноминация. Деноминация, правда, получилась странной — 100-рублёвый «зубр» назывался 1000-ей, 10-рублёвая «рысь» — сотней. И ценники в магазинах остались прежними, с нулём.

Белорусы воспитывали, таким образом, в себе особенность: видеть одно — говорить другое, и ноль держать в уме.

Правда, через несколько месяцев паритет начал рушиться. С каждым месяцем 1 советский рубль соответствовал всё большему количеству «зайцоу». (Помню, в августе 1992 года я, приехав из России домой, поменял советские рубли, ходившие в то время по Федерации, на 1100 белорусских (точнее, на 110 по номиналу купюр).

Эмиссия белорусского рубля стала чрезмерной.

Так, в середине 1992 года 1 доллар США можно было обменять где-то на 130 советских рублей.

К началу осени курс уже был более 200 наличных руб/$, в октябре — под 300 руб/$. Но «белки» тогда уже меняли не менее чем за 250 (25 по номиналу банкнот) и 350 (35) соответственно... (По личным воспоминаниям).

Конец 1992 года- советский рубль — чуть больше 400 руб/$, белорусский наличный — более 500 руб/$. (50 по номиналу, «медведь»).

А вот безналичные деньги всё ещё котировались как 1 сов. рубль : 1 бел. руб.

В 1993 году расхождение усилилось, хотя в магазинах принимали как советские так и белорусские купюры по паритету (точнее, 1:10 по номиналу).

В марте 1993 года белорусские власти всё же признали неравенство рублей и соотношение впервые сдвинулось с отметки 1:1 и курс официально составил 1:1,33. Тем не менее, магазины по-прежнему принимали как 1:1. Поэтому советскими (российскими) рублями уже перестали в них рассчитываться.

Официальный курс белорусского рубля к доллару, естественно, стал превышать курс российского к доллару. Так, 31 марта 1993 года курс российского был 684 руб/$, а белорусского — более 900 руб/$, 30 апреля — соотв. 823 руб/$ и 1300 руб/$, 28 мая — 994 руб/$ и 1650 руб/$, 30 июня российский — 1060 руб/$, белорусский — 1950 руб/$. Разница, как видим, месяц от месяца увеличивалась.

Это была ещё одна странность белорусской денежной системы. Ходят параллельно две денежных единицы. Одна из них одновременно ещё является денежной единицей соседнего государства. Обе слабеют, причём одна быстрей другой.

Всё объяснялось тем, что белорусский рубль, в отличие от советского, эмитировался самим НБ РБ, а советский — российским Центральным Банком (ЦБ РФ).

Ранее один эмиссионный центр (советский Госбанк), сменили полтора десятка национальных эмиссионных центров, которые «соревновались» в производительности «печатного станка» .

В условиях всё ещё единого поначалу денежного пространства именно Россия поглощала львиную долю (соотв. доле её финансов на этом рынке) дополнительной эмиссии. То есть, по сути, импортировала инфляцию у бывших республик-сестёр.
К тому же позже, по мере возникновения национальных валют, советские рубли, всё ещё оборачивающиеся в России, вытеснялись из молодых государств в ту же Россию. Это тоже неконтролируемо увеличивало российскую денежную массу.

Естественно, долго так продолжаться не могло, и летом 1993 года Россия ввела собственные деньги, с обменом советских на них в течение двух недель.

Помню этот момент хорошо — я тогда находился в России и через два дня должен был поехать с группой на военные сборы в Подмосковье. А были выходные и мне никак нельзя было совершить эту процедуру обмена.
Успел выслать родителям по почте, оставшись без денег вовсе. У нас, в Беларуси, можно было успеть обменять на «белки».

Сейчас говорят, что Россия вытолкнула Беларусь и другие республики из рублёвой зоны. На самом деле Россия лишь избавилась от кровососов, которые, эмитируя каждый свои национальные деньги, бесконтрольно увеличивали денежную массу на территории от Бреста до Владивостока и от Мурманска до Ашхабада, три четверти которой занимала сама Россия.

Безналичные рубли в июле 1993-го, естественно, тоже разделили и теперь белорусский рубль окончательно и бесповоротно пошёл в самостоятельное плавание, став единственным, по закону, средством платежа.

Первый этап в истории белорусского рубля закончился.

Теперь эмиссия Национального Банка не могла раствориться на бесконечных российских просторах, поэтому с этого момента она ложилась на плечи только белорусского денежного рынка.

Результат был предсказуем.

С этого момента курс белорусского рубля стал падать (девальвироваться)значительно быстрее.

За оставшиеся полгода, до конца 1993-го, разница в стоимости белорусского и российского рубля уже исчислялась разами.

Курс российского на 29 сентября 1993 года — 1201 руб/$, белорусского — более 3900 руб/$, 29 октября соотв. 1186 руб/$ и 5800 руб/$, конец ноября: российский — 1214 руб/$, белорусский — 6850 руб/$.

Последний в 1993 году официальный курс российского рубля ЦБ РФ установил на уровне 1247 руб/$ (http://www.audito.ru/rateofexchange/rat ... ge1993.htm), а белорусского — 6980 руб/$. Наличный белорусский рубль котировался в районе 7000 (700 по номиналу) белруб/$.

(Подшивка газеты «Белорусы и рынок», 1993г.).

Таким образом, белорусский рубль подешевел к инвалютам за 1993 год почти в 17 раз. Инфляция, к слову, официально за этот год в Беларуси составила величину в 21 раз (http://belstat.gov.by/homep/ru/specst/price3.php).

1994 год для молодой белорусской валюты сложился не менее сложно.

Мало того, что всё ещё советская белорусская экономика требовала постоянной кредитной эмиссии, чтобы народ снова, как в 1991-ом, не вышел на площадь, так ещё начал влиять политический фактор.

Белорусы были недовольны большей, нежели в России, инфляцией и девальвацией, и поэтому, в преддверии первых президентских выборов тогдашний председатель белорусскго правительства («премьер») Кебич всенародно объявил о том, что договорился с российским руководством об обратном объединении свох денежных систем.
И мало того, обмен будет осуществляться по курсу 1:1 (1:10 по номиналу купюр), несмотря на то, что к этому времени за 1 российский рубль уже давали до почти 5 (0.5 по номиналу купюр)белорусских.
Всё это должно было, по мнению Кебича, сыграть ему на руку в предвыборной гонке.

Это было в самом начале 1994 года.

Не привыкшее к популистским заявленям и наивно верившее до сих пор в руководителей страны, население ринулось в обменники сдавать накопленную на то время наличную иностранную валюту и российские рубли и получить на руки белорусские купюры.

Паника укрепила наличный «заец» c 6800 (680) до почти 4000 (400 по номиналу) белруб/$ за несколько дней. Для валютчиков наступили золотые дни. Курс доллара снижался по 300-500 руб за день, а люди валюту всё несли и несли...

Спектакль закончился быстро — за неделю. Выяснилось, что соглашение в январе подписано не будет и мало того, курс обмена всё-таки не согласован, а об обмене наличных денег речь не шла вообще.

Толпы снова оккупировали обменники и обступили уличных менял. Теперь уже с целью избавиться от белорусских денег. Но курс доллара взлетел моментально и даже превысил тот, что был перед паникой.

Обманутыми, как обычно,оказались рядовые граждане. В то же время режиссёры спектакля подсчитывали прибыль.

С этого момента удешевление белорусского рубля было не остановить. Хотя об объединении денежных систем Беларуси и России говорили вплоть до мая, писались аналитические статьи, высчитывались последствия. Правда, к тому времени, байка «1:1» была уже не действенна.

Вот как изменялись курсы белорусского рубля к доллару на Минской Валютной Бирже (МВБ).

20.01.94. — 7000 руб/$, 10.02.94. — 7755 руб/$, 03.03.94. — 9120 руб/$.

А в середине марта и вовсе случился обвал.

11 марта из Совмина вышло постановление №139 об 100%-ом изъятии валютной выручки у субъектов хозяйствования для погашения задолженности за энергоносители.
Рынок отреагиовал паникой. Те, кому нужна была валюта, одновременно ринулись на биржу. На межбанковском рынке доллар подскочил сразу на 50%, затем ещё на 20%. Торги на бирже приостановили.

16 марта скандальное постановление отменили. МВБ снова заработала, но оката не пошло, и на 17 марта 1994 года торги установили новый рекордный курс — 17950 руб/$.

Так, за одну неделю, белорусский рубль подешевел вдвое и окончательно потерял доверие к себе.
Ни о каких рублёвых вкладах не могло быть и речи. Белорусский кэш использовался лишь в магазинах, а суммы, превышающие месячную потребность, переводились в валюту и частично хранились дома, частично на валютных депозитах в банках.

Ставки по рублёвым вкладам в банки были в несколько раз ниже уровня инфляции и девальвации. Банкам не было смысла привлекать деньги населения в условиях, когда сам НБ РБ рефинансировал их под низкие (относительно инфляции) проценты.

Какова была ставка рефинансирования можно посмотреть здесь — http://www.nbrb.by/statistics/sref.asp. А индексы инфляции — здесь- http://www.kapitalizator.com/svodnaya-t ... o-2010-hod

В 1992 году, как видим, всё второе полугодие банковская системы имела возможность рефинансироваться Национальным банком под 30% годовых. А цены за эти полгода выросли, если подсчитать, в 2.4 раза, что есть 380% годовых.

В 1993 году ставка рефинансирования увеличивалась практически ежемесячно, тем не менее, она всё одно в разы ниже инфляции и девальвации белрубля. Максимальная ставка рефинансирования- в конце года- 210% годовых, а инфляция — более 2000% годовых.

Так же было и в 1994 году. Например, в июле ставка рефинансирования была 300% годовых, ставки рублёвых депозитов для населения — 200-280% г-ых, инфляция — 26,64% за месяц, что есть 1600% годовых.

Поскольку на срочные вклады люди свои сбережения не несли, то подавляющая часть белорусской денежной массы сектора физических лиц состояла из наличных денег. Причём этот кэш был только для обслуживания повседневных расходов населения и увеличивался, поэтому, темпами, сходными с темпами роста цен.
Излишки (сбережения), население, повторю, держало в наличной валюте и потому эта денежная масса не могла быть учтена органами денежно-кредитного регулирования и, что ещё хуже, не могла быть ими использована.
Зато их использовало само население, ведь часть потребительского рынка обеспечивала долларовая наличная масса.

Некоторая часть, правда, хранилась на валютных депозитах, стави по которым были весьма высоки. В июле 1994 года они были в зависимости от банка,суммы и срока от 15 до 30% годовых (!).

Объём денежной массы, обслуживающий экономику, в СССР был более 60% ВВП, в западных странах- более 70%. В 1992 году объём денежной массы в Республике Беларусь, несмотря на безостановочную эмиссию, был 13,6%, а в 1994 — 5.8%.(http://research.by/pdf/2004n3r03.pdf, стр 457). Так действуют классические экономические законы.

Только благодаря тому, что часть товарного и других рынков страны обслуживала денежная масса наличных долларов, в стране не произошёл коллапс.

Вся страна занималась обменными операциями.

«Доллары, марочки, российские рубли!»

С апреля 1994-го в стране началась президентская предвыборная гонка, а белорусский рубль продолжил своё падение.

Торги на МВБ 19 апреля 1994 года — 19000 руб/$, 19 мая — 20100 руб/$, 2 июня—23700 руб/$, 21 июня—26800 руб/$, 30 июня—27600 руб/$.

Победивший на выборах А.Г.Лукашенко принял страну с национальной валютой стоимостью 27960 руб/$. Номинал, напоминаю, на наличных купюрах, был в 10 раз ниже, т.е. 2796 руб/$.

За первые 7 месяцев 1994 года обесценение белорусского рубля составило почти 4 раза (в среднем 22% в месяц, 990% годовых) , гиперинфляция за этот период — 3,64 раза (в среднем 21% в месяц,, 880% годовых),. Заработная плата в стране была на уровне 20$. Когда как в России она приближалась к 100$.

Понятно, что зёрна популистских высказываний Лукашенко остановить обвал, запустить заводы и... далее по тексту, попали на очень благоприятную почву.

До момента вступления А.Г.Лукашенко в должность Президента Республики Беларусь с декабря 1990 года, условно считающимся отправной точкой всех изменений, цены выросли почти в 4000 раз, валюта обесценилась более чем в 44 000 раз ( от советского официального, по сути — паритетного) или, по сравнению с чёрным советским валютным курсом конца 1990 года,почти в 1000 (932) раз.

Грозная президентская власть нисколько не напугала «зайца» окриками «курс, стой, раз-два!». Мало того, новая метла стала мести по-старому.
Нацбанк в конце июля выделил 2 трлн бел. рублей «пострадавшеуму от засухи сельскому хозяйству».

11 августа тоги на МВБ зафиксировали курс 30 550 руб/$, 18 августа — уже 33950 руб/$,

В этот период, 20 августа, наконец завершилась та самая странная деноминация: цены, курсы и другие стоимости таки официально привели в соответствие с номиналом купюр, то есть уменьшили в 10 раз.

26 августа курс рубля к доллару был зафиксирован на отметке 3800 руб/$ (по-старому — 38000 руб/$)

И поехали дальше!

МВБ: 15 сентября—4515 руб/$, 30 сентября—5630 руб/$, 6 октября—5900 руб/$/, 13 октября—6430 руб/$, 27 октября—7200 руб/$.
11 ноября—7630 руб/$, 25 ноября—8200 руб/$, 8 декабря—9180 руб/$, 16 декабря—9930 руб/$, 23 декабря—10590 руб/$.

Последний в 1994 году курс белорусского рубля к доллару был зафиксирован Нацбанком на отметке 10 600 руб/$.
.
Таким образом, за 1994 год белоруский рубль обесценился в 15,2 раза (1518% годовых), цены (по данным Белстата) выросли в 20,6 раз (2060%годовых), а ставка рефинансироания в конце года составила 480% г-ых (максимальная за всю историю Беларуси). Ставки по срочным рублёвым вкладам в конце 1994 года были от 250 до 480% годовых в зависимости от сроков и сумм, но даже самые доходные из них не обеспечивали сохранность сбережений от инфляции.

За январь 1995 года белорусский рубль обесценился ещё на 10% и в конце января стоил 11670 руб/$.

За ровно полгода правления А.Г.Лукашенко белорусский рубль не только не остановил своё обесценение, но даже и усилил его.

Поэтому я официально заявляю, что с момента прихода Лукашенко к власти, в стране была увеличена скорость (объём в единицу времени) денежной эмиссии, и, я уверен, значительная часть этих, дополнительно «напечатанных» денег пошла на создание мощи структур самого Лукашенко, скорей всего, его Управления Делами при Администрации Президента.

Ведь это так было легко и просто! Напечатать себе денег, а инфляционные издержки при этом понесут на себе обычные белорусские граждане.

За это время, с конца июля 1994 года по конец января 1995-го, его курс к доллару упал в 4.17 раз (в среднем 26,9% в месяц, 1740% годовых), потребительские цены — в 6,22 раза (в среднем 35,6 %в месяц, 3870% годовых) (http://belstat.gov.by/homep/ru/specst/price3.php). Больше, чем в предыдущие, долукашенковские, полгода, и больше чем за 7 месяцев 1994 года. (см. выше).

Средняя заработная плата выросла с июльской 1994 года по январьскую 1995-го в 4.24 раза, что составляло 68% от роста цен. (http://busel.org/texts/cat1eq/id5ewryef.htm).

В долукашенковский период деятельность Белорусского Статистического Комитета была вполне корректна.

Естественно, усиленное эмиссионное кредитование экономики и самого Лукашенко не могло вернуть доверие белорусов к собственной денежной единице.

Рублёвая денежная масса на 1 января 1995 года составляла 3,214 трлн деноминированных (в 10 раз) рублей. . По текущему курсу это всего лишь 303 млн$, то есть по 29$ на 1 гражданина РБ (тогда ещё население Беларуси было 10.4 млн чел)... Это равнялось тогдашней средней заработной плате в месяц .
А ведь в этот объём входят деньги расчётных счетов всех предприятий страны.

Это говорит о том, что практически вся рублёвая масса населения состояла только лишь из кэша — наличных банкнот. Рубли на Срочных банковских депозитоах население не держало.

Перманентно обесценивающаяся национальная валюта была в стране лишь средством платежа. С ограниченными возможностями в своей же стране.

И вдруг... с конца января 1995 года, падение белорусского рубля остановилось. Курс застыл как вкопанный.

В этот момент началась самая резкая с момента возникновения национальной валюты смена денежно-кредитной политики.

Тогда и закончился второй этап в жизни белорусского рубля.

Итак, с момента появления на свет белорусского рубля прошло всего лишь 2.5 года. И за это время он подешевел (исходя из его курса к $) в 900 раз, Инфляция за этот период официально составила более 1433 раз. Рост средней заработной платы — 856 раз.

Кстати, очень интересно, что украинский карбованец, также появившийся на свет из купонов, правда, за полгода до белорусского рубля, в январе 1992 года, за 3 года существования. к февралю 1995-го, пришёл к точно такому же курсу к доллару, как и его белорусский сосед, только без деноминации 1:10. На 3 февраля 1995-го Национальный Банк Украины установил официальный курс в размере 116 900 карб/$. Напомню, белорусский в этот день стоил 11670 руб/$. То есть деньги славянских сестёр обесценились одинаково, в 900 раз.

За этот же период российский рубль опустился до 4000 руб$, то есть в 33 раза.

Если принять за исходный период декабрь 1990 года, то деньги, которые белорусы держали в феврале 1995 года в руках, были обесценившимися к советским в 24 683 раза (инфляция за 49 месяцев по Белстату), а к доллару подешевевшими почти в 195 000 раз, если исходный — официальный советский, и в 20-22 000 раз, если исходный — рыночный теневой 1990 года. Рост средней заработной платы — 13 950 раз.

Советские вклады в Сбербанке СССР превратились в пыль.

Период 1992—1994 годов был классически гиперинфляционным.

Белорусам надолго врезались в память финансовая нестабильность и опасение потерь сбережений.

Это в дальнейшем сильно сказывалось на взаимоотношениях белорусов и их белорусских рублей...

************************

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

---------------------------------

Источник:

* — https://www.bramaby.com/

Введите Ваш email адрес, что бы получать новости:    



comments powered by HyperComments 
Бесплатный анализ сайта Рейтинг@Mail.ru
^ Вверх