Новые израильские амазонки: миф и действительность

израиль_армия_женщины

Автор: Леонид Луцкий

Уклонистка была небольшого росточка, край метр пятьдесят, рыженькая, прехорошенькая, и не производила впечатления главной боевой единицы Армии обороны Израиля. Единственная девочка в семье, которую бабушки дождались после трех внуков. Она им напоминает сестер, погибших в гетто.

Служить мой персонаж не хотела, но в роду коренных уроженцев, где папа ветеран всех войн, об этом даже думать было запрещено, и она поплелась на призывной пункт.

2

Отбарабанила свои 2 года от звонка до звонка, варя кофе и нося письма отцам-командирам, не делая из службы особой трагедии и не считая, впрочем, что армия ей что-то полезное дала, кроме новых друзей. ЦАХАЛ, похоже, тоже не может похвастать ценным приобретением в лице этой защитницы Родины.

Существует тысяча и один совершенно легальный способ откосить от призыва, которые я пропагандировать не намерен, но хочу заметить, что ее сверстницы за это время успели получить первую степень.

Прошло годика два с лишним, и самая грозная армия в мире вспомнила о своем золотом резерве. Надо сказать, что родители моей героини за это время сменили место жительства, а она сама, выпорхнув из гнезда, тоже со своим молодым человеком – выпускником университета меняла съемные квартиры, то поближе к работе, то к учебе. Впрочем, не пряталась и не меняла номер ни мобильного телефона, ни электронной почты.

Наши армейские компьютерные гении ведут хакерские атаки, мы выводим из строя все сети, обслуживающие ядерные реакторы врага, с помощью мобильников обнаруживаем и уничтожаем террористов. Военнослужащая, отслужившая срочную службу, оказывается, обязана каждые полгода напоминать о себе, звонить и интересоваться, не нужна ли она для прохождения резервистских сборов.

На деле призывают процентов 15 от числа отслуживших женщин – ценных уникальных специалистов, либо имеющих особый секретный допуск. Видимо, наша девушка знала особый способ варки кофе, если вся армейская машина была брошена на ее розыски. Понятно, что «дезертиршу» обнаружили и под страхом суда (слава богу, не военного трибунала) велели явиться в тюрьму.

суд

Поехала, глотая слезы обиды, своим ходом сидеть, бросила работу, потеряла деньги, а главное, не понимая, почему послушалась родителей и от армии не откосила.

Переночевав в камере военной тюрьмы, обвиняемая была доставлена в суд, где судья счел ее нарушившей закон и приговорил к штрафу в 500 шекелей, 4-м суткам военной тюрьмы и сорока дням условно с дальнейшим прохождением резервистских сборов (милуим).

Отсидев и заплатив, она прибыла на свою военную базу, раз Родина в опасности.

5

А Родина, в лице командования военной базы, оказалась ни ухом ни рылом, ценного бойца совсем не ждала, и вообще ее не призывали, ошибочка вышла, выражаем свое сожаление. Все звонки по инстанциям с просьбой отменить приговор и штраф не дали ничего, хамы, что в быту, что на службе, не умеют извиняться и признавать свои ошибки, они умеют прятаться.

8

Родители, братья и молодой человек – все бывшие бойцы серьезных родов войск — пребывали в откровенном бешенстве, но судиться с армейской машиной и требовать материальной и моральной компенсации не решились — судиться с государством себе дороже.

Для себя ребята сделали соответствующие выводы, и не думаю, что эти потенциальные родители сохранили высокую гражданскую мотивацию для прививки ее следующим поколениям. Судя по мату, совсем не думаю.

Из рекомендаций комиссии Яакова Пери по реформе воинской службы меня умилила забота не столько о ешиботниках, получающих отсрочку до 21 года, сколько об учащихся «йешивот эсдер», которые теперь будут служить 17 месяцев – на месяц меньше. Об их секулярных сверстниках Пери тоже позаботился: светские будут тянуть армейскую лямку вдвое дольше, но на четыре месяца меньше, чем сейчас – 32 месяца вместо 36. А за счет кого такая доброта и ласка? За счет женщин, срок службы которых добряк Пери из Партии Будущего собирается удлинить на те же четыре месяца. Как отец юноши и девушки (моим близнецам скоро по 19), я пребываю в некоторой растерянности от заботы Пери. В безусловном выигрыше от нее только учащиеся «йешивот эсдер» — электорат Нафтали Беннета, а девочки из хорошего дома — «Еврейского дома» либо не служат, либо идут в «Ширут леуми», то есть, предпочитают альтернативный вариант.

Из всех существующих мифов об Израиле самый расхожий и тиражируемый – это женщины-военнослужащие, эдакие современные амазонки.

9

Раньше в советской прессе и поныне в арабской эти коварные соблазнительницы служат чуть ли не главной причиной поражения слабых на передок и мозжечок солдат-мусульман.

С наступлением эры свободы слова и информации девушки ЦАХАЛа — тема по-прежнему горячая и востребованная, мне ее самому коллеги из СНГ неоднократно заказывали. Сексапильно раскручивается образ а-ля голливудской инструкторши, «трахающей» до изнеможения солдат-новобранцев на полигоне, героическим фоном проходят бой-девицы с торпедных катеров и летчицы. Мамаши из числа журналистского и писательского сообщества в силу таланта льют слезы умиления по поводу пришедшей на побывку проголодавшейся солдатки. Не потому, что плохо в армии кормят, а потому, что по маминым оладушкам с яблоками соскучилась.

Вот она поест оладушек, спрячет в диван свою М-16 и уйдет на дискотеку, повелев родителям не вставать с дивана до ее прихода.

11

Женщина в форме не должна умилять.

Она может вызывать следующую гамму чувств: уважение, восхищение и даже, как любая молодая особа, хорошо скрываемое сексуальное влечение, что для примитивного носителя крохотной «Х-хромосомы» в какой-то степени даже простительно. К женщине не подобает относиться как к нифметке-лолиточке. Умиляют дети, щенки, котята и другие братья наши меньшие неполовозрелого возраста.

Маленькие, усталые, не выспавшиеся девочки, тянущие за собой М-16 больше своего роста вызывают лишь досаду и жалость, может быть, в силу моего мужского несовершенства.

12

Когда-то, на заре русской прессы, мы сильно дружили с пресс-службой ЦАХАЛа.

Кто-то умный там решил, что наша информация будет полезна для родителей-репатриантов. Мы объездили кучу военных баз, буквально от Метулы до Эйлата, и часами откровенно беседовали с солдатами и солдатками. Кроме весьма скромных и понятных ограничений военной цензуры, говорить и писать можно было обо всем.

Девушки были разные: и те, кто использовал армию как социальный лифт, заканчивал тихон и, получив военную и гражданскую специальность, служили офицерами, а после за счет армии собираются учиться дальше на вторую степень, и совсем домашние дети, для которых главным приоритетом была близость к дому, к маме, папе и бабушке.

Мне такая интеллигентная девочка сказала: «Я выбрала Эйлат, варю кофе и ношу письма отцам-командирам, это абсолютно убитые два года, но это мой осознанный выбор, я скучаю по дому».

Девочку я понять могу, а Министерство обороны, Генштаб и правительство – не очень. Согласен и с коллегами из израильского радио, которых возмутила секретарша при офицерских погонах и всех социальных выплатах, назначающая за 30 тысяч в месяц встречи своему боссу.

С одной стороны, многие современные военные специальности не требуют физических данных мужчины-воина, с другой — женский аналитический ум, тщательность и скрупулезность дадут фору любому мужику, все так. Но архаичная и закрытая армейская система не желает что-либо менять, сокращать бюджет, расставаться со своим привилегиями.

Пусть уж лучше на четыре месяца дольше кофе варят.

15

В 1948 году и в последующих войнах Израилю было не до жиру. Служили все, иного выхода не было. А в 2013-м?

---------------------------------------------------

Источник

© content.foto.google.com

Введите Ваш email адрес, что бы получать новости:    



comments powered by HyperComments 
Бесплатный анализ сайта Рейтинг@Mail.ru
^ Вверх